До того как имя Кассиана Андора стало легендой, он был просто человеком, выживающим в тени Империи. Его путь начался не с громких подвигов, а с тихих, опасных будней. Каждый день был балансированием на лезвии — добыча сведений, контакты с ненадёжными информаторами, бесконечное ожидание засад в грязных портовых кварталах.
Он не планировал становиться героем. Сопротивление рождалось не в кабинетах, а в таких вот тёмных переулках, в шёпотах между глотками дешёвого бласта. Кассиан видел, как Империя душит его родной мир, как исчезают знакомые лица. Сначала это была личная месть — вырвать из их рук хоть кого-то. Потом пришло понимание: одному не выстоять.
Его первые операции были грубыми, отчаянными. Украсть шифровальные блоки с имперского корвета. Найти безопасный маршрут для беженцев. Передать координаты склада оружия едва знакомому контакту, молясь, чтобы это не была ловушка. Доверие было роскошью, а ошибка стоила жизни — не только его, но и десятков других.
Именно в эти годы, в хаосе первых ячеек, формировалась не только тактика будущего Альянса, но и сам Кассиан. Он научился читать ложь по дрожанию рук, отличать искренность от искусной игры. Он терял друзей, хоронил надежды, но с каждым провалом сеть становилась крепче. Из разрозненных групп недовольных начало проступать нечто большее — настоящее Сопротивление. А он, сам того не желая, стал одной из тех невидимых нитей, что сплетали его воедино.